Марцин Мортка “Городок Нонстед” (окончание)

19

Джип медленно въехал на большую и пустующую в этот час стоянку, и остановился возле навеса с тележками для покупок. Натан выключил двигатель.
– Не могу поверить, что делаю это, – сказал Оуэн.
– Значит поверь. Всего два часа назад видел тварь, которая вылезла из моего окна, – процедил Натан.
– Пошли.
– Подождите. – Скиннер положил руку на его плечо. – Ты знаешь, что мы собираемся искать?
– Нет, – признался Натан. – Не знаю. Просто… Эх, черт бы все побрал. Пошли.
Их шаги отдавались эхом в склизком утреннем сумраке. Туман скрывал окрестные дома, намечая границу между тройкой смельчаков и мрачной тайной.
Большая зеленая вывеска “Мэддиз” неожиданно замигала, как бы бросая им вызов. В отдаление неясно светили уличные фонари, к которым им так хотелось вернуться. Тем более, что никто из троицы не знал, с чего начать поиски.
– Кто-то слышал о “Мгле”, – неожиданно спросил Скиннер.
– Не знал, что ты читаешь Кинга, – пробормотал Натан.
– Потому что я и не читал, – оскорбился лесоруб. – Фильм смотрел.
– О чем это? – заинтересовался Оуэн.
– Тебе не скажу – обгадишься от страха.
– Идем в подсобные помещения, – сказал Натан.
Они прошли мимо стеклянных дверей, которые меньше чем через должны были отвориться перед первыми клиентами, а сейчас отгораживали трех мужчин от скрытых во мраке касс и стеллажей. Прошли мимо стоянки велосипедов, контейнеры для стекла и бутылок, перескочили сетку и вышли на часть стоянки, предназначенную для грузовиков, доставлявших товары. Нигде не было ни души. Ни на подъездной дороге, не на широкой рампе, которая тянулась вдоль всей задней стены супермаркета.
Всюду нетерпеливо клубилась сероватый неприятный туман.
Натан взбежал по металлическим ступенькам и быстро прошел мимо двух гаражных ворот. Он шел к входу в конце рампы, над которым было написано “Только для персонала”. За спиной он слышал шаги бормочущего себе под нос Скиннера, а чуть дальше – Оуэна. Он был уверен, что оба держат в руках пистолеты. Писатель взялся за ручку двери.
– Подожди, англичанин, – прошептал Скиннер. Он отошел, а затем поднял пистолет, готовясь выбить дверь ударом ноги. – Это не приключенческая книга.
– Но и не Фалуджа, – рявкнул Оуэн, яростно глядя на Скиннера. Тот тяжело вздохнул, но признал правоту полицейского и отошел. Оуэн медленно нажал на ручку и заглянул внутрь.
– Эй! – выкрикнул он. – Есть здесь кто?
Ему никто не ответил.
– Я надеялся, что ты заорешь “Откройте, полиция”, – пошутил Скиннер.- Или в сериалах все врут?
– У нас нет ордера на обыск. – Оуэн смерил его презрительным взглядом. Я тебе советую, Скиннер, старайся забивать гвозди молотком, а не собственным черепом.
Рука копа судорожно сжала дверную ручку. Фонарь слегка подрагивал. Один за другим пришельцы вошли в середину. Они оказались в длинном коридоре, который заканчивался застекленным входом в торговый зал. Тут же они увидели винтовую лестницу, ведущую на второй этаж, а напротив – шеренгу дверей из фанеры.
– Заблокируй двери, – хрипло сказал Оуэн. Натан без колебаний исполнил указание. Этот длинный пустой коридор вызывал у него плохие предчувствия, и он знал, что остальные чувствовали тоже самое. Подпер двери шваброй, которую нашел в углу. Оуэн толкнул первую дверь, и заглянул внутрь.
Какой-то притон, – прошептал он и осветил стены фонариком. – Слышал, что в подсобке “Мэддиз” живет старый Роулингз. Наверное, это его нора.
– Никого нет, – сказал Скиннер. – Пошли, а то вскоре тут появятся сотрудники.
Они крались как тени. Над их головами мигала лампа дневного света, мигала красная лампочка сигнализации. Фонарь Оуэна описывал все более нервные круги. Их охватила липкая, нервирующая тишина. Дверь, на которой было написано “Кухня”, оказалась закрытой. Оуэн несколько раз дернул ручку, будто бы надеялся, что дверь передумает и уступит. Он обернулся, чтобы сказать что-то Скиннеру, как впереди раздался звук, будто бы десятки банок упали на пол с большой высоты.
– Это в магазине! – выдохнул Оуэн с облегчением. – Это, наверное, Роулингз или Обезьяна. Пойдем посмотрим.
И вдруг раздался телефонный звонок. Натан прикусил губы до крови.
– Твою мать, – пробормотал Скиннер. – Именно поэтому я никогда не искал здесь работу.
– Ты бы ее не получил, – сказал Оуэн, уже открывавший двери, ведущие в магазин. – Они нанимают обычно людей, которые умеют читать и писать. Обезьяна? Это ты?
Звонок телефона рвал тишину с равными трехсекундными промежутками, и Натану казалось, что каждый звонок доставляет ему боль. Скиннер, скорее всего, чувствовал тоже, когда, пробормотав ругательство, пошел к дверям комнаты, из которой раздавался звук, и рванул их изо всех сил. Дверь поддалась, а звонок атаковал уши еще яростнее. Скиннер вошел внутрь. Натан почувствовал, как страх ледяными пальцами сжал его горло.
– Стой, – закричал он, но голос сломался. – Скиннер, постой!
Одним прыжком он оказался на пороге комнаты. Лесоруб уже брал трубку.
– Скажу этому мерзавцу… – прохрипел он.
– Ты ничего не скажешь! Не бери трубку! Ради Бога, не поднимай трубку, Скиннер, – тихо проговорил Натан. Непонятно почему ему не хватало воздуха.
– Почему? – переспросил великан.
– Помнишь, как мы вломились в дом священника? Откуда знаешь, кто на другом конце провода?
Скиннер вырвал телефонный кабель вместе с розеткой из стены. Надоедливый звон оборвался. Но тишина длилась недолго.
– Обезьяна? О, Боже…- Испуганный вопль Оуэна потонул в грохоте переворачивающегося стеллажа. Скиннер рванул вперед со скоростью, неожиданной для человека его габаритов. Натан бросился за ним, и споткнулся о порог. Ударился о противоположную стену, увидел спину Скиннера, вбегающего в магазин. Писатель хотел крикнуть, чтобы тот был осторожнее, но тут засветилась лампа над его головой. Он повернулся и в ее белом свете увидел необычную фигуру. Огромную гуманоидную фигуру. Хорошо ему знакомую. Лампа дневного света вспыхивала и гасла. Существо, видимое только в ее свете. Медленно приближалось, неспешно и неотвратимо. Натан подсознательно поднял руку в приветственном жесте, а затем бросился к столу, на котором стоял телефон. Существо прошло мимо него, видимое в очередной вспышке лампы. Мобильник Натана завибрировал.
– Натан? – услышал он испуганный шепот Анны. – Натан, беги оттуда! Вы в западне!
– Боже, Анна, что ты выдумываешь…
– Я еще раз пересмотрела вещи Тревора! Они вывалились, когда искала тебе брюки, и нашла его дневник. Боже мой, он не был педофилом! – она рыдала в трубку. – Он пробовал помочь… Делал это тайно, ничего мне не говоря! Проигрывал эти разговоры и анализировал, несколько из них понял. Наверное, так же, как и ты. Это.. Это… Это существо рассказывало Ванессе сказки. Жестокие, кровавые сказки. А потом поняла, что кто-то докопался до истины…
– И тогда Тревор погиб, – окончил шепотом Натан.
– Боже, убегай оттуда.
– Слишком поздно.
Он отключился и вышел из комнаты. Через секунду он понял, что бежит в магазин. Он орал как одичавший. Ему привиделась заплаканная Фиона, которая протягивала руку, пытаясь удержать. Но он продолжал бег. Несся без оружия, разум окоченел от страха. Позже он не смог объяснить, зачем это сделал.
Из пограничного состояния его вывел вопль Скиннера:
– Стой, Обезьяна! Не двигайся, несчастный ублюдок! Стой!
Темное нутро магазина осветила вспышка выстрела – всего на долю секунды, но этого хватило для того, чтобы Натан все увидел. Тело Оуэна, лежащее между банок и коробок. Сгорбленного, длиннорукого сотрудника магазина с поднятой хоккейной клюшкой. Его длинные, павианьи клыки. Красные пятна на рубахе с логотипом супермаркета. И Серую гигантскую тень, которая шла в сторону Скиннера, держащего в руках оружие.
– Убегай! – заверещал писатель – Убегай!
Лесоруб обернулся. Его лицо исказила гримаса. Ярость? Угроза? Ошеломление? А затем Скиннер бросился бежать. Клюшка стукнула об пол. Человека по кличке “Обезьяна” упал на Оуэна. Загремели ботинки убегающего Скиннера. Лампы под потолком мигнули и погасли. Этого хватило, чтобы Натан увидел пистолет Оуэна, лежащий среди банок с ананасами. Снаружи раздался вой. Пронзительный зов, в котором беспокойство сплеталось с яростью. От него у Натана волосы встали дыбом. Он посмотрел на открывающиеся двери и в утреннем сумраке увидел четвероногую тварь. И уголком глаза заметил движение. Близко.
Полноватый прихрамывающий мужчина старался незаметно пробраться мимо холодильников. Он крался к коридору, по которому они пришли.
Натан никогда раньше не чувствовал такого прилива сил. Разбросав банки, он поднял пистолет и прицелился в беглеца.
– Стой! – прорычал писатель. Мужчина обернулся, но и не думал останавливаться. В его глазах, гротескно увеличенных толстыми стеклами очков, был дикий животный страх. Спотыкаясь, он перешел на бег.
Писатель настиг его и со всей силы дал рукоятью пистолета по затылку. Беглец ойкнул и упал на колени. Натан схватил его за ворот рубашки, и приставил ствол пистолета к шее.
– Открой главный вход! – процедил англичанин. Его жертва тряслась. Натан ощутил сладковатый запах страха. Полноватый мужчина открывал и закрывал рот, будто не мог выдавить ни слова. Очки сдвинулись на кончик его посиневшего носа.
– Открывай!
Лампы снова мигнули. Выход становился все более притягивающим внимание, когти скребли по стеклу.
Убегающий Скиннер приближался.
– Открывай!
Дрожащая рука сотрудника магазина исчезла за косяком и на что-то нажала. В воздухе почувствовался холод. Натан обернулся. Стеклянные двери медленно открывались. Внутрь проникали дрожащие клубы серого тумана. Из клубов выбежал волк. Огромный, черный, страшный в гневе. Одним прыжком он перелетел через кассу, оказался рядом со стойкой с шоколадом. Когтистые лапы разъехались, но затем вновь обрели опору. Волк издал глухое угрожающее урчание.
Время замедлилось. Лампы замигали. Бегущий Скиннер обернулся, потерял равновесие и врезался в стойку с растительным маслом. Тень задержалась, будто растерялся или был ошеломлен. Волк бросился на нее.
Дикая ярость переполняла зверя. Волк зверел, метался, рвал когтями, бил головой, челюсти щелкали устрашающе, слюна разлеталась на стеллажи. После четырех-пяти ударов сердца Натан понял, что волк рвал кого-то на части. Тень таяла. При очередной вспышке ламп ее уже было трудно разглядеть.
Потом все исчезло в одном красном взрыве боли. Натан пошатнулся. А мокрая рубашка сотрудника магазина выскользнула из его пальцев.
– Стой! – выкрикнул он, стараясь поймать беглеца. Рука схватила пустоту. Хотя Натан видел будто сквозь туман, но заметил, что старший мужчина понесся по коридору, а затем вбежал в первую комнату возле выхода.
По полу прокатилась бутылка с оливковым маслом.
– Стой! – выкрикнул Скиннер и бросился вдогонку. Натан закрыл глаза и сдался гравитации.

***
Его привела в чувство жгучая оплеуха. Натан резко сел и осмотрелся, холодея от ужасной сцены. Серость мира убивала все цвета. Тело человека по прозвищу “Обезьяна”, лежало во все увеличивающейся черной луже. Оуэн, только начавший приходить в себя, лежал на животе. Бутылки с оливковым маслом. Скиннер, собирающийся дать ему очередную пощечину.
– Хватит, – пробормотал Натан. Головная боль была такой сильной, что он едва вновь не провалился во тьму. К счастью Скиннер его вовремя поддержал. Писатель с большим усилием открыл глаза вновь. Он не видел ни волка, ни тень.
Вокруг царила звенящая тишина. Пахло горелым.
– Ты его поймал?
– Выскочил в окно, – скривился Скиннер. – Вбежал в свою коморку, облил компьютер бензином, поджог “зиппо” и выскочил. Мне пришлось вернуться за огнетушителем и погасить пожар, прежде чем он нанес бы значительный ущерб. Когда вернулся, уже никого не было. Ни духа, ни старика Роулинза, ни…
– Ни черного пса, – добавил с усмешкой Натан.
– Ни черного пса, – недоверчиво повторил Скиннер. – И что теперь, англичанин? Мы уже уничтожили Звезду Смерти? Дракула убит? Возвращаемся домой в лучах славы?
– Ради Бога, Скиннер, откуда я могу это знать? – взвизгнул Натан. – А ты как думаешь?
– Я тоже не знаю. Уверен в двух вещах. Исчезла тварюга, которая убила Тревора. И второе, время снова пошло.
– Что? – Натан замигал и невольно взглянул на часы.
– Поверишь, что со времени, когда мы вошли в магазин, прошло всего три минуты?
– Нет, не поверю. Хотя, а что мне мешает? Меня уже ничем не удивишь. Я бы многое отдал за то, чтобы узнать, что же было в сожженном компьютере.
– Ну что же, – таинственно усмехнулся Скиннер. – Знаешь, почему я служил в военной полиции?
– Там не нужно было читать и писать?
– Ха-ха-ха, и ты удивишься. Признаешь, что я быстр. Что я наблюдателен и хорошо помню нюансы. Вот. – С этими словами он втиснул в руку Натана карточку, на которой находился длинный ряд знаков, начинающихся с “www”.
– Это интернет-адрес! – удивился Натан.
– Заметил его прежде, чем монитор загорелся, – рассказал довольный собой Скиннер. – Ну и запомнил. Если пригодиться, поставишь мне пиво. Если не пригодиться, то три. Наказание за то, что должен был забивать мозг глупостями.

20

Они уехали от “Мэддиз” так же незаметно, как и появились там, в надежде, что приходящий в себя Оуэн даст все необходимые объяснения. Неторопливо ехали по спящим улочкам Нонстеда. Сквозь тучи пробивались солнечные лучи. Они не сказали ни слова, пока не выехали за город.
Зазвонил телефон Натана. Писатель включил громкоговоритель.
– Привет, – почти весело сказал он. – Как дела?
– Потихоньку, – отозвалась Фиона и тяжело вздохнула. Он представил себе, как она отбрасывает волосы. – Ввела адрес, который ты передал. Это какой-то форум, но защищенный. По-любительски, но время придется потратить.
– Справишься?
– Справлюсь. Мне нужно скачать несколько программ, а если не найду, то позвоню знакомому в Нью-Йорк. Поверь, Натан, хотела бы иметь только такие проблемы в жизни. Проверила твою почту. Куча спама и письмо от какого-то Эдвина Уилшира, который называет тебя зазнайкой и лодырем, и направляет к интернет-словарям. На случай если, цитирую – если алкоголь сделал невозможным обуздать клавиатуру и мышку, вот перевод “волк тебя сбережет”. Постскриптум: “Не пей столько”.
– Волк тебя сбережет, – повторил Натан и улыбнулся. – Ладно, не забивай голову моей корреспонденцией. Позвоню позже.
– Чему ты радуешься? – буркнул Скиннер. – Я начал задумываться над тем, что скажу, когда шериф будет меня допрашивать об обстоятельствах смерти Обезьяны.
– Что-то придумаешь, Скиннер. – Натан поудобнее уселся в кресле. – Потому что сейчас тебе станет легче на душе. Твоя история, парень, завершилась. Ты никогда не был жертвой Нонстеда. Ты был человеком, который должен был исцелить город.
Скиннер тяжело вздохнул и уставился в окно.
– Наверное, Роулингз треснул тебя сильнее, чем мне показалось, – рявкнул он.
– Той ночью, когда вы спалили “Отшельницу”, кто-то из вас входил в середину?
– А какое это имеет отношение?
– Ты вошел, не так ли? – допытывался Натан, задумчиво вглядываясь в пустую дорогу перед ними. – Никто, кроме тебя, не додумался облить “Отшельницу” бензином изнутри?
Скиннер пробормотал что-то под нос.
– Ты, Оуэн, и тот ваш приятель, Алекс…- продолжил Натан.- Он, образно выражаясь, руководил любительской радиостанцией?
– Да. – Скиннер прищурился. – Он неплохо давал гари… Откуда знаешь? Я тебе о нем рассказывал?
– Неважно, – усмехнулся Натан. – Он действительно давал гари. В любом случае, вы не могли вот так запросто уничтожить “Отшельницу”. Она возродилась, потому что была необходима как место силы. Как святилище, поставленное тем, кто любил городок и живущих в нем людей. Как магическая печать, охраняющая Нонстед от зла. Помнишь символы над дверями? Это они сделали тебя хранителем города, хотя ты даже этого не понял. Может быть, они вернули тебя в Нонстед, ты же мог остаться в армии. Из-за них за тобой ходил черный пес, оказавшийся волком защитника.
– “Отшельница” – причина смерти моего старика! – Скиннер сжал кулаки.
– Сам ты в это не веришь, Скиннер, – Натан съехал на обочину. – По мнению одного старика, который хорошо знал твоего отца, его убила белая горячка. Ты когда нибудь пытался поговорить о нем с врачами?
– Не понимаю, – вздохнул лесоруб.
– Здесь нечего понимать, – рассмеялся Натан.- Дело закончено. Город в безопасности. А ты сходи лучше к “Отшельнице”.
– Зачем?
– Чтобы попрощаться. Думаю, она сгорела дотла.
Казалось, Скиннер хотел сказать что-то ехидное, но не нашел подходящих слов. Он тяжело вздохнул и вышел из машины. Натан смотрел, как лесоруб переходит дорогу, обходя лужи, а затем идет между березками в лес. Желтые листья отрывались от тонких веток и падали на зеленый и мокрый от дождя мох. Скиннер исчез в глубине леса.
Натан приоткрыл дверь, поудобнее уселся в кресле и закурил. Прикрыл глаза. Он наслаждался минуткой праздности. Вновь зазвонил телефон.
– Натан, – голос Фионы звучал отчужденно. – Слушай, я не могу в это поверить. Эта страница именно форум, но… Твою мать, не могу сосредоточиться. Каждый из пользователей, а их тут десятки, описывает свои житейские драмы, но драмы необычные. По сравнению с ними общеизвестные городские легенды не более чем шуточки. Мурашки бегают по спине. Но это только начало. Ты сидишь?
– Сижу, – ответил писатель, стараясь оставаться беззаботным, хотя его тело сковывал лед ужаса.
– Это хорошо. По крайней мере, не упадешь. Первые несколько историй не отличаются от твоих рассказов из “Шепотов”. Будто кто-то хотел научиться писать страшные рассказы и переписал половину твоей антологии.
Натан уже хотел сказать, что все было наоборот, но слова увязли у него на губах.
– И знаешь что? Я бы посчитала это шуткой, если бы не файл, в котором прочитала историю, очень похожую на мою. Слушай, – голос девушки задрожал. – Слушай, совпадает даже дата исчезновения. Автор файла подписывался redstar. Red. Рыжий.
В трубке что-то затрещало и зазвучал голос Анны, носовой и охрипший, будто бы она продолжала плакать:
– Натан, я нашла файл Ванессы. Есть файл пастора Рансберга и того типа, агента недвижимости, и многих других… Боже, Фиона говорит, что все записи были сделаны с одного IP! Я ничего не понимаю! Кто-то вписывал эти вещи, а затем они происходили? Кто-то – один человек – насылал кошмары на целый город?
– Роулингз, – прошептал Натан, сжимая телефон в руке.
– Что? Что ты сказал?
Желтоватый листок березки, подхваченный порывом ветра, навис над лобовым стеклом джипа. И застыл в воздухе.
Натан поднялся от неожиданности. С недоверием он смотрел на листочек. Даже отложил телефон и вышел из машины, чтобы присмотреться с близкого расстояния. Тут же увидел еще один лист, висящий в нескольких сантиметрах от грязной поверхности лужи. Вокруг замерли еловые иголки. Остановились облака.
Только сердце Натана громко стучало. И звук становился все громче.
– Фиона? – Прошептал он в трубку. – Анна?
Никто не ответил. Тишину нарушил звук подъезжающего мотоцикла. Натан как испуганный зверь вскочил в автомобиль и закрыл дверь. Трясущимися руками достал ключ, повернул в замке зажигания, двигатель кашлянул и заглох, будто бы в реальности, в которой Натан вдруг оказался, не работали даже новейшие технологии.
Темный мотоцикл, который выехал из-за поворота, выглядел прозаично, что только усилило страх англичанина. Вспотевший, тяжело дышащий, он раз за разом поворачивал ключ, молясь, чтобы мотоциклист поднял забрало шлема. Мотоциклист сделал это только тогда, когда приблизился настолько, что Натан смог прочитать серебряные буквы на черной куртке. Они составляли слово “Маггор”.
– Это ли ты называешь разрывом реальности, Натан? – спросил тихо и нарочито спокойно Маггор. У него было доброе улыбающееся лицо, подбородок и щеки заросли темной бородой, сросшиеся брови. Были видны несколько пасм волос, слипшихся от пота. Он бы производил приятное впечатление, если бы не глаза. У него не было глаз. – Метко, вынужден признать. В целом, ты мне нравишься по многим причинам, Натан. Отсюда и мои попытки контактировать с тобой. Последний раз сорвался из-за чрезмерного рвения служителей закона, но сейчас нам уже никто не помешает.
– Ты кто? – сумел пробормотать Натан. – Одно из творений Роулингса?
– Нет, – усмехнулся Маггор. – Откуда же. Я только и исключительно его вдохновитель, может даже ментор. Мне раз или два пришлось протянуть ему руку помощи, чтобы ход событий, начатых на его форуме, приобрел больше жизни, но в целом, я предпочитаю оставаться в тени. Я зритель, Натан, а не участник. Но это не значит, что я отказываюсь помочь в приготовлениях к спектаклю.
– Уйди…
– Уйду. Конечно, уйду. Не могу тебя изводить своим присутствием. Отойду и буду присматривать за тобой с особым интересом.
– Почему?
– События, Натан. Людские судьбы. Затаив дыхание, следил за твоей битвой за Нонстед – насколько это выражение можно отнести ко мне. И покорно принимаю поражение. Ты отличный игрок, упорный, отважный, мыслящий. Такого приятно иметь на своей стороне.
– Но я…
– Ты! – Маггор поднес палец ко рту, а затем закрыл забрало шлема. – Только не протестуй. Все и так предопределено. Не могу дождаться. Да, Роулингса найдете за местных магазином горячительных напитков. Он не выдержал давления. Не велика потеря. В его признания и так никто бы не поверил. А я не могу позволить, чтобы очередной мой подопечный нес бред в психушке. Бывай. До скорой встречи.

21

Натан не закрыл лэптоп.
Фиона улыбнулась. Экран, на котором появилась заставка, казался сейчас скрытыми во мраке воротами в мир тайн. Временами Фионе хотелось прикоснуться к этим тайнам, но она всегда вовремя останавливалась. Если Натан не хотел ей сам сказать, над чем он каждый вечер работает допоздна, она не хотела допытываться.
Со времени, когда она оставила хакерство, девушка считала делом чести не добираться до тайн других людей. Тем более, что повода не было. Ее радовало, что Натан снова пишет, и она не намеревалась ему мешать. Со времени возвращения из Нонстеда она не сумела найти работу, а средства Натана, хотя и были большими, но точно не были бесконечными. А цена жизни в Нью-Йорке росла с каждой минутой.
Девушка с напускным пренебрежением махнула рукой, скрутила рыжие волосы в косу и вновь занялась уборкой. Они оба были свободолюбивыми и квартира, которую вдвоем снимали, вечно была захламленной. Раз в несколько дней Фиона включала громкую музыку, одевала резиновые перчатки, хватала тряпку, и начинала пробиваться через стопки книг, журналов и компакт-дисков, залежи кружек с остатками кофе , полные пепельницы, мириады разбросанных носков и трусов. Выбрасывала пустые коробки от пиццы, смятые пивные банки, бутылки, обертки от шоколадных батончиков, раскладывала книжки на полки, протирала столешницы и окна, выбрасывала окурки. Она любила убираться. Уборка давала ощущение, что она наводит порядок в собственной жизни, которая все еще не пришла в норму. Она не могла забыть Нонстед. Она все еще помнила события в “Перекрестке” и в доме Натана. Чувствовала себя обворованной и измазанной. Она еще часто плакала по ночам. О походе к психотерапевту не могло быть и речи. Кто бы поверил в ее историю?
Временами девушка хватала телефон, намереваясь позвонить Анне. Хотела узнать, только ли она так сильно все переживает. Хотела знать, живет ли кошмар в сердцах других участников событий. Но она так и не решилась. Может быть, Фиона не хотела бередить заживающие раны. А может, не хотела разочаровываться.
По мнению Скиннера, городок вернулся к притворству, что все идет наилучшим образом, и это было единственным, что жителям Нонстеда действительно удавалось.
Анна была сияющей и радостной. Вместе с Ванессой она приезжала в Нью-Йорк.
Фиона и Натан ходили с ними в зоопарк и Музей естественной истории. Никто и словом не обмолвился о произошедшем в Нонстеде.
Дартсуорт излучал оптимизм, присылал Натану договор на второй сборник. Обещал золотые горы.
Агент Соул удовлетворился коротким, формальным слушанием.
Фиону не удивило бы, если бы пастор Рансберг вернулся к излечению и спасению людских душ.
Убирая пивные банки, стоящие вокруг лэптопа, Фиона вычистила пепельницы и протерла тряпкой клавиатуру. Экран неожиданно ожил. Нетерпеливо мигающий курсор указывал место, на котором Натан остановился.
Фиона наклонилась и прочитала написанное. А потом села, схватилась за мышку и перешла к началу текста.
С каждой прочитанной строкой солнечный день угасал, а шум города все больше напоминал вой сирен.
Фиона схватила телефон и набрала номер Скиннера. Откашлялась.
– Привет, Скиннер, – сказала она. – Слушай, не знаю, зачем тебе это говорю, но ты должен знать. На всякий случай, если вдруг что. У меня плохое предчувствие. Слушай, Натан вновь начал писать. Хрен там, это хорошо. Послушай, Скиннер… Он пишет о тебе.

 

Перевод с польского Александра Печенкина

Advertisements

Tagged: ,

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: