Лукаш Радецки “Июнь был прекрасен в том году”

Łukasz Radecki A CZERWIEC BYŁ PIĘKNY TEGO ROKU

“Ликантропия – абсолютно реальная и опасная психическая болезнь. Это расстройство сопровождается глубоким убеждением пациента, что он может превращаться в дикого зверя, чаще всего в волка. Очевидно, что речь не идет о настоящем физическом превращении, но это не мешает пациенту верить, что трансформация имела место. Во время приступов может представлять опасность для окружающих”

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 19)

(Книга и автор не существуют, однако использованные в рассказе псевдоцитаты связаны с различными фактами и мифами о ликантропии – Примечание автора)

***
Не было темного леса или успокаивающего света Луны. Короткими мелкими глотками он пытался поймать хоть немного воздуха. Он скрючился на полу, руки прижал к груди, которая пылала нестерпимой болью. Сильные клешни стиснули его ребра, впились в грудину. Очередная судорога скрутила его тело. Он чувствовал, как желудок сжимался, будто живое существо, будто паразит, обвившийся вокруг позвоночника. Каждый нерв его тела дрожал, когда мужчина попробовал переползти с ковра к краю покрывала, свисавшего с кровати. Мышцы напряглись независимо от его воли. В горле пересохло, на лбу выступил пот. Мужчина пробовал справиться с трясущимися губами. Безрезультатно. Боль становилась невыносимой. Чем больше он пробовал успокоиться, тем сильнее были приступы. Он сумел собраться, и с огромным усилием подняться на коленях и локтях. Мужчина посмотрел на электронный будильник, стоящий на плетеной корзинке. 3:24. Еще два или три часа до рассвета. Должен выдержать. Если сейчас он не сойдет с ума и не убежит отсюда, то все будет хорошо. Глубоко дыша, мужчина с усилием поднял голову и посмотрел на кровать. Из под одеяла была видна прядь светлых волос. Их запах дразнил и раздражал ноздри даже на таком расстоянии. Он тяжело вздохнул. Медленным дыханием мужчина попытался успокоить кипящую кровь. Наконец удалось успокоиться. Прекратить дрожь. Мужчина поднял горячий лоб с холодного пола, встал и пошел к кровати. Чуть задержался. Свет луны выхватил из тьмы отпечаток руки, которую он поставил на панель. Он сделал шаг по ковру, сметая этот след.

***
Первые упоминания об оборотнях встречаются в греческой мифологии, и уже здесь появились неточности. Согласно легенде, записанной Овидием, первоисточником является царь Ликаон, который решил убедиться в божественной непогрешимости. Пригласил богов на пир. Убил при помощи сыновей своего младшего отпрыска, освежевал и сварил в котле, и подал на пиру. Боги распознали коварство хозяина. Но Деметра, которая была невнимательна и отчаявшаяся из-за смерти дочери, попробовала блюдо из человечины. Разъяренный Зевс превратил Ликаона и его сыновей в волков, а убитого несчастного воскресил (по одной из версии мифа, убитым был внук Ликаона и сын Зевса Аркас (Аркад) – примечание переводчика). Согласно мифу, он и его потомки носят на лопатке отметину от укуса Деметры. По другой версии этого мифа, Ликаон и его сыновья были превращены в волков Дионисом, который таким образом хотел спасти жестокого царя от гнева богов. Мотив следует искать в детстве бога вина, который был убит, освежеван и съеден титанами по поручению ревнивой Геры. Но вмешательство Зевса позволило воскресить Диониса.
Независимо от версии мифа, существует легенда, согласно которой пастухи из Аркадии во время диких дионисийских оргий воспроизводили миф, убивая ребенка и готовя из него угощение. Один из пастухов должен был съесть суп из человечины и, превратившись в волка, перейти реку, где на 10 лет оставался частью стаи. Если за эти годы он не ел человечины, то мог снова стать человеком и вернуться к своим. Они верили, что этот ритуал обезопасит их и их стада от нападений волков, потому что пастух в волчьей шкуре будет держать стаю подальше от пастбищ. Они верили, что силу для превращения в волка давал сам Дионис. Легенда говорит о том, что каждый ребенок, убитый во время этих оргий, становится Дионисом…

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 25)

***
Дорота сидела на кухне, курила и тупо смотрела на противоположную стену. По щекам катились слезы. Патрик стоял на пороге, опираясь о дверной косяк. Он молчал, уставившись в пол, как провинившийся пес. “Взгляд спаниеля”, как она это называла, на нее уже не действовал. Всякий раз, когда она ему доверяла и надеялась на его чувства, он совершал что-то, разрушавшее основу ее мира. Он был лучшим мужчиной в ее жизни, но столько раз ее обижал, что она не готова была принимать его таким, каким он стал. Она очень хотела поверить ему, но не могла. Было достаточно самой малости, чтобы напомнить ей, какой дрянью он был раньше, и сколько принес разочарований. Они были знакомы с малолетства, но она раньше никогда не думала о нем как о потенциальном партнере. Он тоже видел в ней только приятельницу. Поэтому она всегда могла выплакаться ему в жилетку, а он успокаивал ее после разрывов с очередным парнем. Нужно честно признать, что с мужчинами ей не везло. Каждый из них рано или поздно демонстрировал весь набор поведения типичного самца, отводя ей роль домашней клуши, основная задача которой сидеть тихо, пока Хозяин и Владыка дома. В конце концов, она стала сомневаться – может все дело в ней, если она притягивает к себе только скрытых садистов, мегаломанов и эгоцентриков. А то, что каждый мужчина – врун и лгун, она всегда знала. Патрик тоже был таким.
Но все же он утешал ее после каждого расставания, когда женщина утрачивала веру в себя. Был рядом, когда ушел ее первый парень, забрав с собой музыкальный центр и большинство ее пластинок, звонил, когда второй оставил ей только долги и кредиты, помог убрать квартиру после окончания бурного романа с третьим. Именно тогда она предложила ему жить вместе. Не как пара, а как два человека, которым нелегко пришлось в жизни, и которым нужно время, чтобы зализать раны. Кроме того, вдвоем всегда легче оплачивать счета. Страшно подумать, до чего может довести человека страх перед одиночеством. Дорота знала об этом все. Она сама не заметила, когда симпатия перешла в чувство. Как в банальной мыльной опере, между ними проскочила искра. Она его полюбила так, как никогда и никого ранее. Он оказался мужчиной, который мог завести ее обычным шепотом, а если в этот момент еще и погладил, то она был готова отдаться ему в том же месте, в тот же час. Часто так и бывало. Они растворились во взаимном счастье, которого им обоим не хватало, и по которому так изголодались. Проза жизни началась позже, а вместе с ней – обычный пакет шовинистического поведения. С той разницей, что Патрик никогда их не камуфлировал. Пил пиво, читал Playboy, и пропадал в пабе с компанией, а когда ночью возвращался домой, сидел перед компьютером или телевизором, и нередко засыпал в кресле. Как и все женщины, она знала, что он из себя представляет. И как все остальные верила, что когда они станут жить вместе, он изменится. Неожиданностью стало то, что он действительно попытался. Выкинул порножурналы, выпивал меньше пива, из паба возвращался не так поздно, и старался засыпать возле нее, а не в кресле. Но она боялась, что вскоре он превратится в такого же брутального типа, как и ее прежние партнеры.
Он, со своей стороны, боялся утратить свободу, временами как волк готов был отгрызть себе лапу, лишь бы не идти против своих привычек и предпочтений. Иногда он не выбирал слов, а гнев гасил бутылками пива. Они очень быстро оказались в исходной точке. Проблема состояла в том, что сейчас у нее не было никого, чтобы выплакаться, а у него были нервные срывы, в которые она не могла поверить – девушка знала о его актерских талантах, которые Патрик шлифовал в годы учебы. Что еще хукже, она помнила все разговоры, которые они вели на протяжении лет, и то, что было приемлемо у эксцентричного приятеля, для партнера, с которым она собиралась создать семью, становилось непреодолимым препятствием. Она злилась сама на себя, когда на каждом шагу подозревала его. Она знала, каким ублюдком он был по отношению к прошлым подругам, не могла поверить, что с ней произойдет иначе. Тем более, что он часто пил, и, как она выяснила совсем недавно, снова стал играть с однорукими бандитами. Девушка не знала, какую именно зависимость она ненавидит больше. Поэтому иногда ощущала, что ненавидит именно его. За то, что он мужчина. Что не понимает ее, не может позаботиться о ней так, как следует. Уголком глаза женщина заметила, как он осунулся по стене с гримасой боли, и уселся на пол, держа руки на грудной клетке. С ним было совсем плохо, Но она боялась поверить, что все это и взаправду. Убеждение, что он снова пытается ее обмануть, что прикидывается больным, чтобы вызвать жалость и обратить на себя внимание, было сильнее, чем желание прижаться к нему и сказать ему, как сильно она его любит. Она знала, что долго не выдержит, сейчас броситься к нему, и они помирятся как обычно, чувственно и азартно. Она не могла этого допустить. Резким движением она погасила сигарету и вышла из кухни, обойдя Патрика, хотя очень хотела хотя бы прикоснуться к нему.
Он поднял взгляд. Помимо воли еще раз восхитился ее красотой, прядями золотых волос, которые напоминали львиную гриву. Мужчина тяжело вздохнул, ощущая приближающуюся дрожь.

***
Первым исторически подтвержденным судебным делом об оборотне можно считать случай Жиля Гарнье, которого осудили за убийство нескольких детей в окрестностях бургундского города Дол в 1573 году. Его поймали на горячем – он пытался снять кожу с тела девочки. Изверг признался, что убивал, поскольку заключил договор с Дьяволом, который показал ему, как превращаться в волка при помощи пояса из людской кожи. Гарнбе сожгли 18 января 1574 года после долгих пыток. Согласно показаниям свидетелей, когда умирал, выл на луну как волк, а на руках и ногах у него выросли звериные когти…

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 45)

***
Дорота лежала в кровати, накрывшись одеялом, с подушкой между ног. Она до конца не поверила в нервную боль, на которую жаловался Патрик. Сегодня он превзошел самого себя в очередном их скандале из цикла “битва за ерунду”, как он сам это характеризовал. Но для нее это была не ерунда, а ее чувства, с которыми он не хотел считаться. Факт, что не хочет при ней говорить по телефону, ее очень беспокоил. Патрик талдычил, что ему нужно немного свободы, когда он говорит с приятелями, и он не любит, когда кто-то прислушивается к его частным разговорам. Может в некоторых вопросах она была чрезмерно впечатлительной, может жизнь (скорее, прежние партнеры) слишком часто ее обижала, но парень, который ее любил, должен был понять ее страхи и опасения. Патрик же встал в позу, хлопнул дверями и посреди ночи ушел. Сказал, что идет за сигаретами. Но факт остается фактом. Он оставил ее одну. И это тогда, когда в нем так нуждалась. Самым худшим был его взгляд, который он бросил, уходя. Это уже не был взгляд спаниеля. В его глазах бушевали дикость и ярость, которых она никогда раньше у него не наблюдала. Сегодня она узнала, что он способен на странные вещи. И первый раз в жизни она боялась Патрика.

***
Существует много теорий о внешнем виде, поведении и способностях оборотня, а также о способе превращения в зверя.
Во многих культурах ликантропия никак не связана с волком. В Северной Европе с оборотнями связан медведь, в Греции может быть и пес. В Африке обращаются во львов и гиен, в Азии – в тигров, и даже в дельфинов…
Преобразование может также быть различным. Согласно данных одних исследователей, человек превращается в огромного волка, других – в промежуточную форму получеловека-полуволка (так называемая кринос), напоминающая индейские легенды о Вендиго…
Может быть, что оборотень никогда не превращается, а только освобождает свой дух, который вселяется в чужое тело…

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 50)

***
Вечер был наполнен запахом сирени. Роберт на пальцах подошел к подоконнику и закрыл окно. Поправил шторы и с любовью посмотрел на спящего в кроватке ребенка. Он невольно вздохнул, очарованный красотой и невинностью младенца. Кася появилась у них почти случайно. Они с Басей много лет пытались, но усилия не приносили желанных плодов. Оба прошли всевозможные обследования. Вердикт врачей был неутешителен – у женщины очень низкие шансы забеременеть. Роберту стало чуть легче – его мужское эго не вынесло бы осознания того, что стреляет холостыми. Много лет назад, до Баси, он встречался с женщиной, которая ждала ребенка. Она говорила, что ребенок его. Но он уже тогда хотел оказаться в кровати Баси, и однажды просто не вернулся к прежней подруге. Его не интересовало, что с ней случилось в дальнейшем. Однако, когда узнал о проблемах жены, появилась иррациональная мысль – возможно, это проклятье за то, что бросил женщину с не рожденным ребенком. Информация, что причина неудач кроется в Басе, улучшила его настроение, но со временем стал причиной супружеских размолвок, проблем и скандалов, которые едва не заставили их развестись. Неожиданно, в один из самых драматичных этапов их жизни, оказалось, что в теле Баси завелась небольшая фасолинка, которая затем превратилась в Касю.
Роберт стоял и смотрел на маленькое личико, грудную клетку, которую двигало спокойное, хотя и короткое дыхание, на розовые ползунки с желтой мышью. Сейчас он чувствовал себя самым счастливым человеком в мире. Кончиками пальцев погладил лобик младенца и вышел из детской, осторожно прикрыв двери.
– Как там наш медвежонок? – шепотом спросила Бася. Она сидела в кресле, крася ногти на ногах. Роберт с улыбкой провел взглядом по икрам, которые не прикрывал халат. Он почувствовал в вечернем воздухе июньскую любовь, как тогда, когда они узнали, что станут родителями.
– Спит, как ангелочек, – ответил мужчина. – Мундир выглажен? – спросил он мягко, доставая армейские ботинки и ваксу. Он не был толстокожим, по крайней мере, сам так не считал, но когда речь шла о его работе, начинал ворчать, как это называла его жена.
– Конечно. – Бася закатила глаза. – Завтра совещание, как я могла забыть.
Роберт сел в кресло. Ему не хотелось именно сейчас натирать ботинки. Он ощущал себя на вершине блаженства. Он с любовью посмотрел на жену, глубоко вдохнул и насладился запахом вечернего воздуха. Он прикрыл уставшие глаза. И это было последнее нормальное происшествие в его жизни.
Он вскочил сразу после того, как вечернюю тишину разорвали два звука. Грохот разбитого оконного стекла, и через секунду – плач Каси. Барбара бросилась в детскую. Роберт подскочил к бюро, где лежал его служебный Р-64. Он застыл, скованный невообразимым страхом. Бася так же задержалась перед дверями. Из-за зловещей тишины, которая буквально растекалась по квартире. Плач ребенка оборвался через секунду после того, как начался.
– Нет, – выкрикнул Роберт и пошел к двери, которую Бася так и не смогла открыть. Они оба знали, чувствовали, что произошло что-то очень плохое. Что-то, превратившее их жизнь в непостижимый кошмар. Они не понимали, как близко, и в то же время как далеко это от правды.
Двери в детскую открывались жутко медленно, усиливая трагичность этого вечера. Первое, что они почувствовали, теплый июньский воздух, вторгшийся в дом, и запах, который заставляет кровь стыть в жилах. Запах животного смешивался с запахом жидкости, которая была на стенах, потолке, вытекала со сломанной кроватки и из порванных ползунков с мышью. Роберт пошатнулся, оперся о дверную коробку, Бася начала истерически кричать. Огромная тварь с желтыми глазами, стоявшая посреди комнаты, прыгнула вперед.
Мужчина резко отпрянул в сторону, а женщина, стоявшая в дверном проеме, не имела ни малейшего шанса. Чудовище оторвало ее от пола и бросился с ней в салон, разрывая кожаные кресла, ломая столик и сбросив с комода плазменный телевизор. Хотя Бася погибла, когда ее голова ударилась о журнальный столик, тварь не выпустила ее. Тварь, вооруженная мощными когтями, дергала и разрывала тело, раздирая при это кожаную обивку кресла и паркет.
Роберт сполз по стене. Он не мог уже думать рационально. За несколько десятков секунд его мир погиб. Он тупо смотрел на чудовище, которое в центре салона пожирало его жену, и даже не мог кричать.
Тварь также не производила много шума. Когда она закончила с останками Баси, то обратила внимание на Роберта. В первые мгновения, когда чудовище напало, мужчина подумал, что столкнулся действительно с очень большим волком, но сейчас, когда чудовище повернулось к нему, уверенности уже не было.
У твари был огромный волчий лоб. Яростные желтые глаза горели в густой черной шерсти, в которой были заметны серебряные волоски. Морда была в крови, он смог разглядеть мощные клыки, когда тварь обнажила зубы. Голова сидела на мощных, поросших густым мехом плечах, которые переходили в огромные людские руки, усиленные громадными когтями. Чудовище поднялось с корточек и осталось стоять на задних лапах. Он должно было наклониться, чтобы не доставать потолка. Тварь медленно подошла к Роберту и посмотрела ему в лицо. Мужчина никак не реагировал. Его психика не выдержала удара, и отключила все, что могла. Способность понимать исчезла, подавленная страшной трагедией. Роберт смотрел на тварь, но не видел ее. Его взгляд был пуст и блекл. Слюна стекала с дрожащих губ. Оборотень отошел с отвращением, потянул носом. Что-то вроде разочарования промелькнуло в его глазах. Он упал на четыре лапы, поднял голову вверх и жутко завыл. Потом присел и ударил наотмашь сидящего перед ним мужчину. Удар разорвал лицо, которое лопнуло, как старая простынь, и швырнул тело, как тряпичную куклу. Роберт врезался в стену с такой силой, что умер мгновенно. Он рухнул на пол. Тело сотрясли конвульсии.
Тварь, наморщив лоб, присматривалась к умирающему человеку, будто размышляя, не сможет ли он подняться. Убедившись, что ничего такого не произойдет, оборотень с жутким рычанием подошел к мужчине и начал грызть и рвать его тело. Он прекратил, когда от тела осталась только забрызганная сукровицей кашица из мяса и раздробленных костей. Чудовище триумфально зарычало. Зверь стал на четыре лапы, отряхнулся и одним прыжком выскочил в окно. Он зацепился широкими плечами о косяк, и вырвал оконную раму из завес.
Тварь приземлилась на клумбу, орошенная кусочками стекла и каплями крови. Она осмотрелась и втянула носом роскошный ночной воздух с примесью десятков запахов, которые подействовали на нее успокаивающе. Оборотень не чувствовал угрозы и опасности. Он радостно потрусил в ночь, оставляя на асфальте кровавые следы.
А июнь был прекрасен в том году.

***
Вечером произошел жуткий случай на Слупецкой улице. Были убиты Роберт К. (30 лет) и Барбара К. (29 лет). Их несколькомесячная дочь считается погибшей. Полиция утверждает, что имеет основания считать, что ребенок также был убит. Причиной трагедии, вероятнее всего, стало нападение диких зверей…

“Ежедневные новости” 3 июня

***
Существует много мифов об оборотнях, которые рассказывают о их повадках. Самые популярные связаны с полнолунием, во время которого каждый оборотень помимо своей воли становится чудовищем. Большинство говорит о том, что оборотня можно поразить серебром – в некоторых случаях оно для них смертельно, в других только помогает обнаружить чудовище. Обычно оборотни бессмертны, как и вампиры, их самые ярые враги (что интересно, раньше слова оборотень и вампира были взаимозаменяемы), другие легенды говорят не о бессмертии, а о долголетии, когда жизнь тянется несколько сотен лет. Согласно рассказам, оборотня отличают следующие особенности – чрезмерный волосяной покров, сросшиеся брови, родинка в форме полумесяца, в крайних случаях – пентаграмма на руке.

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 68)

***
Патрик расставил тарелки на столе и тщательно натирал столовые приборы. Дорота поставила горшок, из которого шел пар, на доску, и стала доставать половник. Достает картошку, и накладывает порции себе и мужчине.
– Ничего не хочешь мне сказать? – спрашивает она, не поднимая взгляда. В ту же секунду, когда задала вопрос, пожалела об этом. Она его любила, но не могла его постоянно водить за руку. Он многократно ранил ее, иногда даже сильнее, чем прежние парни. Несмотря на это, она хотела ему доверять, хотела его простить. Женщина знала, что в последнее время Патрик старается, но она не могла поверить в его чудесное превращение, даже если искренне этого хотела.
– Ты знаешь, что мне тяжело, – ответил парень, пробуя посмотреть ей прямо в глаза. Но женщина постоянно отводила взгляд. – Но ты не можешь все время вспоминать, что было когда-то. Если нам суждено быть вместе, а ни о чем другом я и не мечтаю, нам нужно строить что-то новое, а не постоянно подкапывать фундамент, который мы построили с таким трудом.
– Давай, скажи, как ты много для меня сделал, – ответила она, повышая голос. Он знал, что сейчас посыплется стандартная лавина обвинений и литания просьб о прощении.
– Не собираюсь. Но пойми, что мне тоже тяжело…- Патрик вздохнул, и попробовал взять ее за руку, когда она поливала картошку соусом. Мягким движением она убрала руку.
– Ты, и всегда ты. Ты нисколько не меняешься. Остаешься все тем же чертовым эгоцентриком.
Патрик отодвигает тарелку, не попробовав ни куска.
– Расхотелось есть, – устало сказал он.
– Конечно. Прикинься жертвой, – проронила Дорота, смерив его взглядом, зарезервированным для пятен жира на блузке. – Покажи мне, как я тебя обижаю. МИ даже не подумаешь, каково мне, когда ты уходишь, а я остаюсь одна. – Она сделала паузу, но не для эффекта, а чтобы набрать воздуха. – Кто я для тебя? Секс-служанка, которая только и ожидает кивка, чтобы удовлетворить твои желания, если ты решишь остаться дома? Я должна тебя тут ждать, пока ты перебесишься?
– Я никогда не говорил ничего подобного…
– Но показывал! Ты многократно мне на это указывал!
– Извини, – примирительно сказал он, – но так мы ничего не добьемся. Ты снова лучше всех все знаешь. И снова извращаешь факты.
– Конечно… Попробуй еще пробудить во мне чувство вины. Ты прекрасно это умеешь. Ты и вправду думаешь, что достаточно купить цветы и презентик, а я поверю во все и со слезами на глазах рухну в твои объятия? Я уже достаточно из-за тебя наревелась.
– Дорка…
– Да. И знаешь что? Я не та глупая и наивная Доротка, которую ты обводил вокруг пальца, и которая бежала по первому твоему кивку. Да, знаю, ты хотел бы, чтобы я такой и была. Ты должен решить, что ты хочешь от жизни и от меня. С меня достаточно эмоционально нестабильных типов, которые пробуют лечить свои комплексы, отыгрываясь на мне. Не перебивай меня! – заорала женщина, поднимая руку, когда увидела, что Патрик хочет что-то сказать.- Я знаю, что ты не такой, как они. Но ты должен помнить, что я знаю, какой ты был. – Ты был гедонистом, Джеймс Бонд лучших образцов, пьянки и драки, если в перерывах между ними попадалась девушка, то ты ей охотно пользовался. И еще этот азарт… Патрик, это все должно прекратиться…
– Это все в прошлом, я тебе уже говорил…
– Я не знаю! Откуда мне это знать? Ты говоришь, что не пьешь, не встречаешься с девками, не играешь в азартные игры, а куда ты идешь? Зачем?
– Много раз тебе говорил. Встречаюсь с приятелями. За чашкой кофе.
– Как мне в это поверить?
– Проверь мой телефон. – Мужчина достал аппарат из кармана. – Там записаны все разговоры и сообщения.
– Не буду я копаться в твоем телефоне, – ответила Дорота, поджав губы. – Я не такая.
– Чудно! – Патрик сплюнул эти слова, как змеиный яд, высосанный из раны. – В любом суде, если кого-то в чем-то обвиняют, ему дают право на защиту. Если не веришь, что я был с приятелями, давай я тебе это докажу.
– Не повышай на меня голос!
– Тогда перестань меня обвинять, или позволь доказать, что у тебя нет повода для обиды.
– Хотелось бы верить.
– Может мы в произведениях Дика или Кафки? Это уже паранойя…
Дорота смерила его яростным взглядом и поджала губы. Он тоже умолк, ибо знал, что зарапортовался.
– Не смей предполагать, что со мной что-то не так, – процедила она. – Это ты страдаешь паранойей из-за ревности. Ты ревнуешь к моим прежним, хотя тогда ты даже пальцем не пошевелил, чтобы меня заполучить. Мог бы проявить хоть минимальную заинтересованность. Исходишь ядом, как в стихотворениях Мичиньского, пестуешь в себе ярость к тем ублюдкам, вместо того, чтобы сосредоточиться на нашей любви. Какая тебе польза от ненависти к ним?
– Хотел бы, чтобы они сдохли за то, как с тобой обошлись, – тихо ответил он.
– Это и есть паранойя, – отрезала Дорота.- Это прошлое, не имеющее сейчас ни малейшего значения. Дай ему уйти. Чем плеваться ядом с приятелями, будь со мной. И не желай никому смерти. Даже им. Всякое зло возвращается.
Патрик сжал губы. Большинство перемен, произошедших с ним в последнее время, было натурально, и ему не надо было предпринимать больших усилий, чтобы не вернуться к прежним привычкам. В определенном смысле его утешало то, как пошла жизнь. Потому что, хотя удары были жестокими и болезненными, но большая часть неприятностей, пережитых в последнее время, была следствием допущенных им ошибок и сделанного сознательного выбора. Он сумел очнуться, прежде чем утратил все. Патрик больше не пил. Он не пропагандировал здоровый образ жизни, не хотел стать типичным неофитом. Сосредоточился на том, чтобы не делать зла другим, раньше он это делал неосознанно. Стал более выдержанным, нашел спокойствие в себе, без бегства в философию и религию. Но случались минуты, такие как сейчас, когда он боялся, что не выдержит. Он не боялся, что что-то сделает Дороте. Он даже не допускал мысли, что может обидеть женщину, которую так любил тогда, когда уже думал, что такого чувства не существует, а сердце заполнили цинизм, горечь и эгоизм. Он презирал это и боялся, что может в какой-то момент сломаться. А если сейчас усомнился бы хоть на минуту, хотя бы на несколько минут допустил бы мысль, что он плохой человек, неспособный к переменам и позитивным чувствам, мог бы уже не вернуться. Он ощущал себя настолько ослабленным психологической битвой, которую вел в последние годы, что был уверен – если на этом этапе усомниться или потеряет веру в успех, утопили бы его. Патрик чувствовал – без Дороты он просто рассыплется, перестанет себя контролировать, раствориться в безумии. Он подошел к ней на дрожащих ногах. Она стояла к нему боком, невидящим взглядом уставившись в окно. По щекам текли слезы. От картошки на столе шел пар, гуляш остывал.
Патрик прижался к ней, зайдя сзади. Он боялся, что она его оттолкнет, и в этот момент он посыплется, и сойдет с ума. Она этого не сделала. Она не ответила на прикосновение, но и не отстранилась. Затем слегка погладила его руку. Он непроизвольно вздохнул, ощущая, что боль и напряжение проходят. Стоявшие торчком волосы на предплечьях опустились. Ему в очередной раз удалось сохранить спокойствие.
– Ты мне очень нужна, – пробормотал он в ее волосы. И это была правда.
“Существуют разные версии того, как можно стать оборотнем. Согласно самым старым из них, с помощью черной магии. В волка мог превращаться человек, на которого наложено проклятие. В чудовищ могли превращаться ведьмы. Для этой цели использовали пояса из людской кожи или же волчью шкуру, которая на время преображения срасталась с носителем. Важно то, что повредив шкуру, можно было ранить и даже убить колдуна.
Другим способом превращения в оборотня было растягивание шкуры на вбитых в землю колышках (они размещены в форме пентаграммы), а затем перепрыгивание через нее.
В разных культурах укоренился образ проклятия оборотня, которое трактуется почти как заразная болезнь. Эту “инфекцию” можно подхватить после укуса оборотня, употребления волчьего зелья, сна на подушке оборотня, контакта с его кровью или даже, когда спишь в свете полной луны…

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 75)

.
***
Зенон кружил по стоянке, пытаясь найти свободное место. Он сконцентрировался на этом больше, чем обычно. В его крови смешались успокаивающие средства и алкоголь. Он возвращался из ночного магазина – нужно было пополнить запасы, которые он употребил после возвращения со второй смены. Зенон каждый вечер пытался обратить на себя внимание кого-то из знакомых, между делом вспоминая о GG, Фейси и гмэйловом времени. Как обычно, эти попытки не приносили результатов. В последнее время его жизнь шла не так. И это его достало. Он ежедневно проклинал судьбу, и был не в состоянии понять, как за несколько месяцев его жизнь рассыпалась. Чего бы он ни коснулся, все обращалось против него. Отвернулись от него приятели, девушка, даже три (еще недавно он пил жизнь полными горстями), начались серьезные проблемы на работе. Единой отдушиной в мрачной и враждебной реальности были пробы и концерты группы. К сожалению, когда временами спокойно обдумывал это, то понимал: его не задевает то, что он много лет играет музыку, которая его не привлекает, с людьми, с которыми они так и не нашли общего языка, в группе, которая за много лет немногого достигла. Зенону было уже за 30, а он все еще торчал в гараже с такими же лабухами, как сам. Проблема в том, что у них были страсти, они творили и развивались, а у него была постоянная роль великая жалость к миру, который его так и не понял. Знал, хотя никогда бы не признался в этом себе, что он не нужен, что он тормозит развитие коллектива, но его не выгоняют потому, что он был уступчивым и удобным объектом насмешек. Он себя уговаривал, что необходим здесь. Если не им, думал он, то кому? Если в жизни не удастся ничего создать, то зачем это все? Он провалился в отношениях с близкими, которые либо отдалились от Зенона, либо, что еще хуже, просто вычеркнули его из списка знакомых. Все чаще он ощущал досаждающее одиночество, и не находил сил встать с кровати. Он все чаще сомневался в смысле дальнейшего существования. Он уже не мог заснуть, если мертвецки не надрался. Если оставалось у него хоть капелька сознания, благодаря которой мог мыслить и анализировать, ночь превращалась в бессонный кошмар. Он не видел в этом своей вины, не понимая, как такое могло произойти, что все сговорились против него, и решили, что не хотят его знать. Он пытался все выяснить и исправить, но только ухудшил ситуацию. Какая-то могущественная сила мешала ему улучшить жизнь. Он пробовал бросить пить, считая, что благодаря этому другие поверят, что он изменился.
Он выдержал два дня, на протяжении которых не изменилось ничего, депрессия и похмелье стали более докучливыми. Зенон уверил себя, что никто не достоин таких жертв, и начал пить больше, чем прежде.
Сегодня, вернувшись с работы, он уже выпил три бутылки, и чувствовал, что ему нужно больше. Он принял несколько таблеток прамонала, прописанные психиатром, и поехал, чтобы сделать закупки. Он почувствовал, что таблетки начинают действовать, и что раз от разу чувствует себя все хуже.
Теперь Зенон жил на окраине. Новые дома были построены на периферии. Благодаря чему, прямо за стоянкой начинались поля. Феномен – жилье с видом на конец географии. Наверное, в ближайшие годы поля будут отданы под новые строительные площадки домов, супермаркетов и заправочных станций. Сейчас Зенык мог наслаждаться видом зелени и кустов.
Хотя в эту минуту его мысли были размыты и он не был уверен, что самостоятельно сможет выйти из машины. Он выключил двигатель и свесил голову, вслушиваясь в звуки, доносящиеся из колонок
– Холодная одержимость в моих глазах, – по-английски выл вокалист.
– Курва, все немного попустило, – пробормотал Зенык, потянувшись к выключателю. Вдруг он увидел, что кусты зашатались. “Наверное ветер, или что-то в моей голове”, – подумал мужчина. В этот момент из кустов напротив него появилось что-то то большое и темное. Оно заслонило звездное небо.
Испуганный Зенон подпрыгнул, сердце ушло в пятки, холодные клещи сжали грудь. У мужчины не было времени, чтобы прийти в себя, или хотя бы попытаться оценить ситуацию. Чудовище приземлилось на капот “хонды”. Под его тяжестью бляха прогнулась, и как на качелях поднялась задняя часть автомобиля. Заскрежетал металл, разбились окна, завыла сигнализация. Задние колеса лопнули с громким звуком. Тварь одной лапой схватила и притянула к себе. Зенон редко пристегивал ремень безопасности, и никогда не делал этого по пьяни. Сейчас он застрял за рулем. Чудовище не отпустило человека, рвануло еще сильнее. Таз и ноги пронзила жуткая боль, взвыл клаксон. Плечи не выдержали первыми. Когти вонзились в них, раздробили ключицу, а через мгновение и лопатку жертвы. Резкие рывки твари крушили кости как сахарные фигурки, разрывая мышцы и сухожилия. Зенон завыл от неописуемой боли. Когда очередным рывком оборотень оторвал ему плечо, мужчина потерял сознание. Судьба наконец-то проявила милосердие. Зенон умер через минуту, не приходя в сознание и не ощущая больше боли. Разъяренная тварь не обратила на это внимания. Она колотила бесчувственного мужчину оторванной рукой как булавой. Не всегда попадала идеально, не могла достать жертву из машины. Оторванные плечи ударялись о крышу с такой силой, что ломались кости и отрывались куски мяса. Они шмякались в кузов авто. Оборотень откинул ошметки и схватил мертвое тело двумя лапами. Рванул так мощно, что треснула рулевая колонка, сломались кости ног, а тело разорвалось в области таза. Хлынула кровь, кишки и внутренности потянулись с водительского сидения на капот, запутались в рулевом колесе и разорванной бляхе автомобиля.
Тварь вытащила жертву из салона, поднял над головой и швырнул через всю стоянку. Останки, ударившись о крыши двух машин, упали на асфальт. Хрустнули сломанные ребра, тело прокатилось еще несколько метров, отмечая путь кровавыми брызгами.
Чудовище вытянулось во весь рост и триумфально зарычало, устрашая людей, которые наблюдали происходящим через щели между шторами и в жалюзи. Оборотень потянул носом, наслаждаясь запахом крови. Затем он поморщился, почувствовав алкоголь. Оборотень рыкнул и прыгнул в темноту ночи.
А июнь был хорошим в этом году.

***
Очередная атака диких животных. На стоянке в микрорайоне Тихов около двух часов ночи зверь загрыз Зенона Т. (31 год). Нападение напоминает произошедшее за день до этого. Полиция предпринимает соответствующие шаги, прочесывает городские окраины, и напоминает, что поводов для паники нет.
В то же время, мы не знаем, что за существо напало на людей. Специалисты подозревают, что это лев. Так как ни один зоопарк не заявил об исчезновении животного, логично предположить, что зверь убежал у частного коллекционера…

“Ежедневные новости”, 4 июня

***
Оборотень в Мальборке?
В последние дни в Мальборке были жестоко убиты несколько жителей города. Малочисленные свидетели говорят об огромном чудовище, похожем на человека. Наши источники сообщают, что на месте событий были найдены огромные следы и клочки волчьей шерсти. Жертвы были разорваны и частично съедены неустановленным животным.

“Ужасти” номер 6/12

***

Можно выделить несколько типов оборотней, в зависимости от их умения, способности и интенсивности обращений. Здесь мы говорим о реальной трансформации. Темы психов, астральных перевоплощений и сновидческих путешествий мы обсудим в других разделах. Также мы будем рассматривать здесь превращения только в волка, а не каких-либо еще животных.
Наиболее часто встречающийся тип оборотня – человек, становящийся волком во время полнолуния, реже в форме криноса (кринос – что-то вроде полуволка-получеловека. Примечание переводчика). Это всегда кровожадное и очень опасное для окружающих чудовище. Человек, с которым происходят данные перемены, их не осознает и не может их контролировать. Превратившись в волка, он утрачивает разумность, не помнит произошедшего и правил поведения, подчиняется только звериным инстинктам, т сосредотачивается на охоте и утолении голода.
Теоретически его легче всего обнаружить, потому что такой ликантроп просыпается голым с утра, не помнит, что произошло ночью, на его ступнях и ладонях можно обнаружить грязь, от ночных эскапад остаются царапины.
Более опасной разновидностью оборотня является ликантроп сознательный (Lycos sapien), который может обращаться независимо от фазы Луны, чаще всего он принимает форму криноса, в которой он очень опасен и его трудно остановить. Чудовище обладает разумом и человеческие воспоминания, что в сочетании со звериным инстинктом и сверхчеловеческой силой делает его необыкновенно опасным противником. Трансформация этого типа оборотней наступает по желанию ликантропа. Что характерно: даже оставаясь в человеческом обличье, тварь сохраняет необычайную силу и обостренное чутье.

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 91)

***
Патрик быстро шел между жилыми домами. Он почти без перерыва подносил окурок к губам и нервно курил. Выдыхал дым носом, практически не отрывая мундштука от губ. Дым раздражал глаза, но мужчина не обращал на это внимания. Он докуривал шестую сигарету за короткое время, но не мог справиться с эмоциями. Патрик чувствовал нарастающий гнев и ярость, которым нужен был какой-то выход. Раньше, еще во время учебы, в такие моменты шел в город и шлялся по барам. Жертву найти не составляло труда. Раньше или позже возвращался домой с окровавленными кулаками, нередко с побитым лицом, но успокоившийся и очистившийся. Так происходило всегда, когда приходилось долго сдерживать эмоции. В последнее время это стало труднее. Все чаще происходили приступы, во время которых он не мог управлять телом и нервами. 40 минут назад Дорота поругалась с ним из-за звонка приятелям, который сделал, выходя из комнаты. Сначала она нарочито молчала, а он прикидывался, что не понимает, в чем дело, но затем не выдержал и стал на нее давить, чтобы она таки сказала то, на что он надеялся. Что снова его подозревает, что снова ему не верит. Он не выдержал, выбежал из дома и понесся куда глаза глядят. Шеле через поселок, кружа вокруг жилых кварталов, куря очередную сигарету. Он не сумел успокоиться, руки продолжали дрожать, давление в грудной клетке затрудняло дыхание. Тик и спазмы дергали голову, он сгибался, но продолжал идти. Он знал, что если утратит контроль над телом, его уже ничто не исцелит.

***
Несколько менее опасным типом являются так называемые “волчьи пастыри”. Ними становятся люди, у которых доминирует сильное чувство свершения страшной мести. Эти люди добровольно принимают проклятье при помощи магических зелий, мрачных заклинаний и волчьей шкуры. Они могут по желанию превращаться в волка, получая власть над настоящими волками. Они могут говорить, и управляют атаками волчьих стай.
Более редкая форма – одержимость духами животных. В этом случае человек превращается в зверя так же, как и при укусе другого ликантропа. Трансформация отличается – она происходит постепенно, и продолжается от нескольких дней до недели. Человек обладает звериными инстинктами и способностями, чтобы в ближайшее полнолуние превратиться в волка раз и навсегда.

Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 91)

***
Лампы лениво мигали, когда июньский вечер брал под свой контроль очередную улицу. Воздух пах приятно и отрезвлял, легкий ветерок гладил волосы немногочисленных прохожих.
Себастьян неровно припарковал такси неподалеку от ворот базы. С трудом дотянулся до барсетки. Чертов “мерседес” становился все теснее. Ему даже в голову не пришло, что вина в отсутствии пространства лежит на 50 кг лишнего веса, которые давно стали визитной карточкой Себастьяна. Часто говаривал, что ничто так не украшает мужика, как увеличивающееся брюхо. Иногда у него были сомнения, особенно когда его красивая половина попрекала его тушей. Даже задумывался об избавлении от лишних килограммов. Но во-первых, пришлось бы делать физические упражнения, а их Себастьян не переносил. Во-вторых, он исходил из поговорки “видели глаза, что покупали”. Если ей не подходит, то пусть убирается. Откуда он мог знать, что именно так она и поступит? Он был так уверен, был так глубоко сосредоточен на себе, что не допускал даже мысли, что партнерша сможет от него уйти. От него? Воплощения мужественности и великолепия! Ну и что, что его слишком много? Так даже лучше! Ну и что, что временами впадал в ярость? Ну, может чаще, чем иногда. Всем известно, что бабу надо держать на коротком поводке. Может, не признавал утверждения, что с ними как с дверями, если не хлопнуть, не закроются, но террор и устрашение всегда действовали безотказно. Ну и унижение. Он любил унижать. Благодаря этому исчезали все комплексы, он чувствовал себя почти совершенным, супергероем, милостиво уделяющим внимание серой мышке, которая без него пропадет. И вдруг серая мышь осмелилась ему перечить, поверила в себя (только благодаря ему!) и бросила его. Бросила и оставила одного с долгами. Ну и что, что с его долгами? У него были расходы, она должна была с этим считаться. А она еще претензии предъявляла, что раз или два (ну, может, и чуть побольше) запустил руки в чужие деньги и потом надо было рассчитываться. Тоже мне проблемы. Могла взять кредит, у нее была постоянная работа. Он же работал по договору, и о рассрочке или займе он мог только мечтать. Должна была радоваться, что может помочь ему, что у нее такое сокровище (по крайней мере, так ему казалось). Мама всегда говорила, что он исключительный.
Он хотел жить с ней. В конце концов, итальянская модель не подводит, раз существует много лет. А она ныла о женитьбе, ребенке… А когда он перебеситься?
В минуту, когда его эгоцентризм уже создал щит, до него дошло. Ясно. Сейчас. Сейчас, когда он одинокий, зависимый от матери и наркотиков толстяк, на которого все смотрят с жалостью, а когда он не видит, тыкают пальцами. Сейчас он может жить, как хочет, когда уже проиграл жизнь. Ему никто не помогал. Как бы то ни было, но это он заслужил сам. Без чьей-либо помощи. Он тяжело вздохнул. Не за чем прогибаться. Жизнь продолжается, а он особенный и ему принадлежит все лучшее (мама всегда так говорит).
Рано или поздно это все ему достанется. Даром и без усилий. Вот так. Так как сейчас деньги.
Он вытянул из барсетки пачку банкнот и сунул в карман куртки. Достал пузырек с амфитамином. Набрал на палец и втер в десна. Почти сразу же почувствовал расходящееся по телу приятное тепло. Свет расцветал новыми красками, а он находил в себе новые силы, неисчерпаемые запасы сил, которые помогут ему пережить вечер, а ночью поразвлечься на страницах “Фейсбука”. Он заверил себя, что не будет сегодня сводить счеты.
Автомобиль подождет до завтра, сейчас он поймает ночное такси домой и углубиться в какой-то порнофильм. Ну, не будем себя обманывать. Любой порнофильм. Вдохнул еще раз, готовя тело к выходу и перемещению в другое транспортное средство. Он открыл двери и выбрался наружу. Июньский воздух окутал его голову. Он вдохнул воздух, жалея, что втер порошок в десны, а не вдохнул через нос. Ему недоставало ощущения раздражения слизистой. Закрыл двери и устало потянулся. Туша тушей, но он и сейчас гордился своим ростом, который позволял ему плевать на голову даже тем, кого принято считать высокими.
Именно тогда чудовище напало. Оно спряталось в кустах неподалеку от въездных ворот, просидев в них несколько часов, и сконцентрировавшись на ожидании. Несколько раз его могли разоблачить, когда сюда забредали целоваться какие-то парочки. Тварь ждала. Не хотела повторять ситуацию несколько дневной давности, когда жертву нужно было по частям выдирать из металлической коробки. Чудовище терпеливо подождало, пока жертва выберется из машины, а затем ринулось в атаку. Себастьян был в достаточной степени возбужден наркотиком. Прежде чем он понял, что видит перед собой, тело среагировало автоматически. Гигант отскочил в сторону, пробуя избежать атаки. И ему бы это удалось, будь он на 40 кило легче. А так он сумел только немного уйти в сторону. Оборотень врезался в такси, проламывая двери со стороны водителя. Звук разбивающегося стекла слился с криком Себастьяна, которому чудовище лапой разодрало плечо. Мужчина отскочил назад, к забору, более удивленный, чем испуганный. Боли он пока не ощущал. Даже когда тяжесть его тела дала о себе знать, и потянула мужчину на забор и тротуар. Себастьян рухнул пятой точкой на бетон, но еще не осознал приближающегося конца. Он удивлялся, как такое невероятное могло произойти именно с ним.
Чудовище потрясло головой, его ошеломило столкновение с “мерседесом”. В этот раз оно не собиралось работать на зрителя, и создавать напряженную атмосферу. Оборотень прыгнул к поднимающемуся Себастьяну. Мужчина, накачанный амфетамином, уже почти поднялся на ноги, но тварь его резко прижала к металлическому забору, вдавливая в бляху. Он лапами схватил жертву за плечи, и как в пародии на порнофильмы опустил голову к низу живота. Он зарычал, вгрызаясь в желудок таксиста. Только сейчас боль проникла в одурманенный мозг человека. На долю секунды все прояснилось, и он понял, что умирает. Он видел, как чудовище отводит морду, держа в зубах его кишки. Мужчина опустил голову, и увидел на месте своего огромного живота зияющую кровавую дыру, из которой торчали сломанные ребра и вываливались его требуха, внутренности и фекалии. В этот момент он перестал сопротивляться. Силы оставили его. Себастьян уже не мог поднять голову, он понял, что уже никогда не исправит допущенных ошибок. Он понял, что никогда не увидит маму, что уже не дождется возвращения бывшей подруги. Он останется тем, что есть в данный момент – горой непотребного мяса, наполненная говном. Блоки в мозгу рухнули. Он сдался и ждал смерти, как избавления. Но смерть не торопилась. Около четверти часа оборотень глумился над телом, вырывая куски, ломая кости, разрывая мышцы, прежде чем его спугнули сирены. По иронии судьбы, амфитеман, который должен был принести Себастьяну наслаждение, сделал обратное – мужчина до самого конца пребывал в сознании и видел, как разрывают его тело. Он умер, когда приехала “скорая помощь”. Санитары несколько минут не могли решить, пробовать ли его реанимировать, или просто рассортировать остатки…
А июнь был прекрасен в том году.
Таинственное чудовище снова напало. В этот раз жертвой стал возвращавшийся домой таксист Себастьян Ч. (32 лет). Полиция не подтверждает слухов о рыскающей в округе твари. Не подлежит сомнению, что виновником жестоких убийств является дикое и очень агрессивное животное.

“Каждодневные новости”, 9 июня

***
Существует еще одна теория о ликантропии, неподтвержденная никем из исследователей. Она говорит о так называемом “спящем оборотничестве”. Согласно этой теории, человек, зараженный этой болезнью, во время приступов, как и в случае классического оборотня, не осознает происходящих с ним перемен. Перемены происходят независимо от фаз луны, сам носитель гена ликана не может на них влиять. Перемены происходят в момент угрозы или сильного стресса, это может быть затаенная обида или же первобытный атавизм. Оборотень этого типа не охотиться из-за голода или по необходимости, его жертвами становятся определенные люди, относительно которых человек подсознательно питает недобрые чувства. Вместе с тем, он не осознает ни своей внутренней агрессии, ни того, на какие поступки она его толкает. Как я уже упоминал, эта теория ничем не подтверждена. Немного описано нападений оборотней, которые начинались без видимых причин и так же внезапно обрывались. Эти наблюдения позволяют придти к выводу, что это наиболее опасная разновидность оборотней, так как оборотень такого рода лучше всего замаскирован и интегрирован в общество. Нельзя исключить, что это наиболее распространенный вид оборотня, который в большинстве случаев просто не проявляется на протяжении жизни.
Эдвард Нипплтон “Внутренний враг” (с. 135)
***
Неподалеку от улицы Рольничей (Сельскохозяйственной) патруль Городской стражи обнаружил мужчину в бессознательном состоянии. Патрик С. (33 года) перенес инфаркт миокарда во время вечерней прогулки. Оперативное вмешательство стражей закона спасло жизнь незадачливого пешехода. Скейчас мужчина находится в больнице, его состояние оценивается как стабильное.

“Каждодневные новости” 9 июня

Спустя восемь лет

– … в школе внимательно следи за неожиданными сообщениями. – Закончил Патрик, отложив в сторону цветную газету с улыбающимися принцессами на обложке, и прижав дочку к себе. Девочка тоже обняла его. Мужчина улыбнулся жене, которая сидела напротив и кормила сидящих в коляске близнецов. Она сердечно улыбнулась мужу.
– Зачем ты читаешь ей гороскопы? Не рановато ли?
– Любимая, это развлечение. Я же не говорил, что она должна в это верить. Правда, Юлька? – спросил он у девочки.
– Угу, – ответила малышка. – А у тебя, мамочка, какой знак зодиака?
– Лев, – рыкнула Дорота, делая страшное лицо и изображая руками лапы льва. Эффект был не такой, как ожидалось. Юлька рассмеялась, ее смех подхватили близнецы.
– Ну мамочка вряд ли способна кого-то напугать, – с улыбкой прокомментировал Патрик. – Мы смеемся над грозным львом. – Это утверждение вызвало очередной взрыв смеха.
– Не дразните льва, – смеясь ответила Дорота, – потому что лев – это я.
Патрик готов был поклясться, что ее голубые глаза на мгновение вспыхнули золотистым звериным огнем.

Перевод с польского Александра Печенкина

Advertisements

Tagged: , ,

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: