Френсис Стивенс “Цитадель страха” Глава 11

Глава 11 “Красно-черный след”

Глубокий обморок – это средство, которое Мать-Природа подарила своим детям для случаев, когда страх или боль становятся непереносимыми. Потеря сознания у Клионы перешла в нормальный сон, и когда девушка открыла глаза, луна уже уступила место приятному солнышку, и комнату наполнял желтый свет.
Она почувствовала, как маленький язычок облизывает ее лицо, и услышала, что кто-то стучит в дверь. С минуту разум не мог найти объяснения, почему она лежит, скрутившись, на диване, а веселый щенок носится вокруг.
– Миссис Родс! Миссис Родс! Боже мой, вы живы?
Занавес, укрывший память поднялся, Клиона попробовал встать, отодвинув Снукумса. Рука нащупала какой-то твердый предмет необычной формы. Женщина посмотрела и увидела цветную статуэтку, которую привезли ей из Мексики. Падая, она столкнула ее со столика. Плоское лицо божка усмехалось так же добродушно, как всегда, но исчезла палица, увенчанная головой змеи, которую он держал в руках. Остался тоненький кусочек фарфора, выступающий с обеих сторон сжатого кулака.
Как-то равнодушно Клиона пожалела, что подарок Колина поврежден. Она подумала, что нужно поискать отломанные части и приклеить их позже.
Но стук в дверь был слишком назойливым.
Пошатываясь, она пошла открывать. Судя по состоянию дверей, ночные события вовсе не были сном. Дверь, закрытая на ключ, держалась только на одной петле. Верхняя петля была вырвана, а косяк раскололся. Дверь была разорвана посредине и…да, в этом месте ее пробил белый коготь, а вокруг были видны круглые следы от пуль.
У Клионы было время для осмотра двери, женщина не сразу сумела повернуть ключ. В конце концов поврежденный замок поддался, и она с трудом сумела отворить дверь.
За дверью стояла старая Марджори Кинг, тяжело дышавшая, обеспокоенная и испуганная. Как только Клиона сумела освободиться от ее объятий, то отодвинулась, глянула на гостиную и пораженная уселась на край перевернутого стула.
Как и следовало ожидать, от уютной гостиной, покинутой ею вчера, остались одни руины. Но беспорядок и разрушение это еще не все.
На полу рядом с дверями ее спальни была видна лужа черной, полузапекшейся крови, а от нее к арочному проходу в столовую тянулся ряд пятен. Клиона не могла понять, как существо, так сильно истекающее кровью, смогло уползти.
Дверь со стороны гостиной была разбита вдребезги, а филенка так раскроена и треснута, будто над ней трудился безумный столяр. Мебель была перевернута, большая ее часть – безнадежно поломана.
– Миссис Родс, – спросила Марджори, – кто здесь был прошлой ночью?
Клиона покачала головой и почувствовала боль, все тело будто оцепенело. Запах мускуса, хотя и не такой сильный как ночью, носился в воздухе.
– Не знаю. Снукумс, иди сюда!
Щенок примчался из спальни и осторожно обошел страшную чернеющую лужу. Он вел себя на редкость кротко, куда девалась обычная самоуверенность. Клиона подняла собаку на руки и задумчиво посмотрела на кухарку.
– Жаль, что я не послушалась тебя и не поехала в город, Марджори. Ты уже осмотрела дом?
– Еще нет, миссис Родс. У меня ключ, вы мне дали. Я вошла через дверь на веранде. Там все в порядке, но когда я увидела эту комнату, кровь, двери, то подумала: “Миссис Родс убили!”
– Только благодаря небесам этого не произошло, – сказала Клиона. – Где Дэвид?
– На станции. У него большая посылка. Наверное, солнечные часы, заказанные мистером Родсом. А нашего мальчика прооперировали прошлой ночью. Врачи говорят, что он выкарабкается, несмотря ни на что. Но, ох, если бы вы его увидели, то не смогли бы сдержать слез! Такой бледный…и… узнал меня…и…
Женщина вытирала глаза черными перчатками, и Клиона поняла, что и у других людей прошлая ночь выдалась нелегкой, хотя испытания были иного рода.
– Бедная, бедная Марджори! – порывисто вскрикнула она. – Извини меня. Я такая эгоистичная, что даже не спросила о твоем сыне! Ты не хочешь вернуться в город, чтобы быть поближе к бедолаге?
– Нет, правда, нет! – Марджори героически поборола рыдания. – Положа руку на сердце признаюсь, это очень плохо, что вы остались здесь одни прошлой ночью, хотя тут Бог ведает что случилось. Вы мне еще ничего не рассказали. Сейчас я вас не оставлю, пока не вернутся мистер Родс и ваш брат. Боже мой, как они разозлятся, когда узнают!
Клиона набросила халат и пошла в столовую. Кухарка семенила за ней по пятам. Обе женщины шли осторожно, чтобы не наступить в кровь.
Столовая выглядела еще хуже гостиной, а след вел дальше, через кладовку, кухню, летнюю кухню и уходил в заднюю дверь. Она также была разодрана когтями, как и дверь спальни, с тем только отличием, что она валялась на земле, вырванная из рамы.
Клиона поняла, что именно звук падения вырванной двери она слышала, когда проснулась ночью.
Кажется, существо, по-прежнему сильно истекающее кровью, вышло во двор, прошло мимо гаража и через клумбы, а затем вниз по холму. Жуткий след все время был перед глазами Клионы. Она уже забыла, что была одета лишь в ночную сорочку., халат и тапочки. Ею уже управляло страшное и все нарастающее любопытство, что за чудовища может находиться в конце этого следа. Она была уверена в том, что тварь умерла.
Ни одно известное живое существо не могло потерять столько крови и выжить. Сам факт, что ни одно известное живое существо не могло утратить столько крови, вне зависимости выжило оно или нет, еще не дошел до сознания женщины. Ее разум оставался затуманенным испугом и нервным напряжением, чьи последствия Клионе только предстояло ощутить.
Марджори знала об этом. И это знание заставило ее думать о всяких потусторонних ужасах.
Но ее попытки вернуть хозяйку в дом были напрасны.
Клиона сказала кухарке, чтобы та возвращалась одна, если хочет. А она сама пойдет по следу, пока не найдет… того…
Обе женщины дошли до подножья холма и до границы, отделяющей собственность Родсов от Льюэллин-Крик.
Здесь след обрывался в покрытой красными полосами грязи, будто бы создание упало и вползло в воду, содрогаясь от смертельных конвульсий. Но чудовища нигде не было. Противоположный берег был зелен, спокоен и пуст.
След обрывался в русле ручья, радостно журчащего, искрящегося и смеющегося. Ручей мог бы рассказать несколько удивительных историй, если бы только этого хотел.
Клиона вдруг подумала, что уже слишком долго стоит и пялится на алую слизь. Она перевела удрученный взгляд на Марджори.
– Пошли… Отправь?- Она прервалась. Горло было сжато, будто грустью, которой женщина не ощущала. Клиона не ощущала никаких эмоций, но у нее было чувство, охватывающее больных горячков – будто тело и разум полностью независимы друг от друга или соединены нитями-паутинками, очень непрочными и быстро рвущимися. Она снова попыталась что-то сказать.
– Пошли… Тони…- Зеленый и золотой мир завертелся, затем сменился черным, и, если бы Марджори не подхватила ее, женщина рухнула бы в ручей. Но кухарка была сильной женщиной. Взяв Клиону как ребенка на руки, она поднялась по холму и внесла хозяйку в дом.
Там они застали Дэвида, ошеломленно осматривавшего разгромленные комнаты.
– Не пялься! – резко крикнула кухарка. – Иди в долину. Приведи доктора и оставь телефонограмму мистеру Родсу. Он в отеле “Метрополь”. Слышала, как он говорил, где остановится, этому несчастному ребенку. Скажи его, чтобы приехал домой, как только сможет. Давай, шевелись!
Дэвид, хотя и умирал от любопытства, решил, что лучше будет послушаться резкого голоса жены. Он знал – она мудрая жена, и в экстренных случаях действует лучше него. Когда Марджори мягко клала Клиону на кровать, то услышала, как муж выбегает из дома и в два прыжка преодолевает ступени.
– Бог знает, к чему это приведет, – пробормотала она, снимая с Клионы тапочки, – что скажет или сделает мистер Родс, когда приедет. Прошлой ночью сюда приходил Дьявол, могу поклясться в этом. Это не могло быть божье создание… о, нет! Бедный ребенок! Осталась тут абсолютно одна!
Телефонограмма: “Возвращайтесь немедленно. Миссис Родс ранена. Грабителями или кем-то еще. Дэвид Б. Кинг”.
Дэвид не отличался тактичностью. Сообщение не превышало 10 слов (он знал, что именно такой должна быть длина телеграммы), и полностью описывало ситуацию с его точки зрения. А несчастные получатели должны были теряться в страшных домыслах.
Мистеру Родсу передали телеграмму через два часа после ее получения, когда двое мужчин вернулись в отель “Метрополь” на обед. Они не стали беспокоиться об автомобиле, и сели в первый экспресс, идущий домой. В Карпентере они на ходу выскочили из поезда и понеслись вверх по склону холма. Когда они шли на холм по крутой, окруженной деревьями дороге, к своему удивлению встречали людей – мужчин, женщин, детей. Дорога была частной, и ее хозяин не мог понять, что все они тут делают. Большинство лиц казались незнакомыми, кроме того, их было слишком много, чтобы все они были жителями Карпентера.
Родс не стал задерживаться, чтобы что-нибудь выяснить, но, если он и Колин не были бы так расстроены и купили бы газету, то заголовки могли бы многое им объяснить.
Приближался вечер.
Дэвид утром обратился в полицию, и репортеры не теряли времени даром. Неожиданная история, такая, какой она представлялась тогда, притянула бездельников, любящих жестокости смертельно скучающих, способных позволить себе получасовое путешествие в Карпентер.
Оглянувшись, Родс и О`Хара заметили, что большая часть сплетничающей, любопытной толпы, приехавшей на том самом поезде, идет за ними.
Но мужчины не задавали никаких вопросов, даже друг другу. Продираясь через сборище, они добрались до дома, и тут им преградила путь одетая в синее фигура полицейского, охраняющего двери.
– Убирайтесь! – сердито сказал страж порядка. – Или вы, репортеры, не можете добыть достаточно материала без вторжения в дом? Убирайтесь, миссис Родс не сможет вас принять.
– Меня сможет, – сказал Родс сквозь стиснутые зубы.- Я ее муж. Что тут произошло?
– Подожди с тем, что произошло! – прорычал О`Хара. –У нас будет достаточно времени, чтобы в этом разобраться. А… Мы можем быть нужны Клионе!
Родс послушался. Вдруг он почувствовал себя плохо, и, когда шел по веранде, придерживался за спинки стульев. Колин прошел за ним в гостиную, увидел сломанную мебель, частично приведенную в порядок, частично сдвинутую в угол и забросанную испачканными кровью коврами.
Внимание ирландца привлекла незнакомая женщина в белой униформе, приветствовавшая их поднятием бровей и вопросительным враждебным взглядом.
В глубине сознания Родса крылась мысль, что все происходящее не имеет к нему ни малейшего отношения. Что он попал в дом кого-то другого. Раньше его дом был таким спокойным, милым местом, где улыбающаяся Клиона ждала его возвращения, без толп чужаков, топчущих его газон, без полицейских перед дверями, и без незнакомых женщин в белом, приветствующих его в разрушенной, замазанной кровью комнате.
Сквозь эти мысли он услышал собственный голос:
– Ради Бога, что с моей женой?

Advertisements

Tagged: , ,

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: